Город Берекет Балканского велаята — один из центров по производству йода в Туркменистане. Завод входит в структуру Государственного концерна «Туркменхимия», но действующие на нём порядки напоминают не о плановой, а о феодальной системе: директорская должность передаётся по наследству внутри семьи Велиевых, сотрудники, помимо основной работы, выполняют бесплатную для частного хозяйства всё той же семьи… Как разрасталась и действует вотчина берекетских феодалов и почему задействованные в ней рабочие называют себя «бесправными рабами» — в материале turkmen.news.

Туркменистан занимает третье место в мире по производству йода, и заметную его часть вырабатывает завод города Берекет в Балканском велаяте. Он подчинялся то одной, то другой государственной структуре, менял названия и сейчас относится к госконцерну «Туркменхимия», называясь, как и город, «Берекет». Управлял же им до недавнего времени, а в общей сложности более десяти лет, Гуванчмырат Велиев.

Год с лишним назад Велиев умер. На его место назначили начальника производственного цеха Х. Бабаева, и, казалось бы, никакой истории про наследование могло не случиться, но… Уже на сороковины по Гуванчмырату должность уплыла из рук Бабаева прямиком к Вели Велиеву, сыну покойного. Источник turkmen.news, близкий к «Туркменхимии», утверждает, что за это Велиев-старший ещё при жизни передал крупную сумму бывшему руководителю госконцерна: им до июля прошлого года был Доврангельды Сапбаев.

При этом унаследовал Вели Велиев намного больше, чем просто должность, и даже больше, чем обычную для крупных туркменских предприятий коррупционную систему. Его отец успел стать настоящим местным баем с собственным хозяйством и батраками. Как именно достигли своего положения Велиевы и в чём оно заключается, рассказали turkmen.news сотрудники «Берекета», они же — те самые батраки.

Непосредственно йодное производство расположено в 85 километрах от ближайшего населенного пункта на установке «Ойлегушлук». Это горная местность, географически — территория этрапа Сердар (бывший Газанджик).

Устойчивая связь с внешним миром здесь отсутствует, поэтому работа организована вахтовым методом: люди приезжают на 15 дней, отрабатывают и разъезжаются по домам до следующей вахты, им на смену приезжают другие.

Так должно быть. На практике же после этих основных 15 дней часть людей оставляют на так называемый субботник, который больше напоминает отработку барской повинности. Длится он пять дней, то есть целую рабочую неделю, и денег за неё люди не получают. На законный вопрос «почему?» Велиев отвечает: это субботник, а за субботники, дескать, денег не платят.

При этом люди выяснили: в бухгалтерских проводках эти дни отражены, зарплата на них начисляется. Вот только забирают её не сами работники, а люди, возомнившие себя их хозяевами.

В современных условиях, да ещё и на госпредприятии, руководитель далеко не всесилен. Чтобы стать настоящим феодалом-рабовладельцем, ему нужна помощь людей, ответственных за человеческие ресурсы и финансы. И у Вели Велиева такие люди имеются. Это начальник отдела кадров «Берекета» Ровшен Атаев и бухгалтер Аширберды Нурбердиев. В работу их включил ещё Велиев-старший, и теперь они оба поддерживают его сына.

Именно кадровик и бухгалтер завода реализуют схему, по которой деньги уходят в карман «бая» Велиева. И эта схема — далеко не единственная. Так, на заводе числятся, а значит и получают зарплату, 240 человек, включая администрацию. По документам же проходят 305. Более 60 человек — «мёртвые души», и они, естественно, также включены в зарплатные ведомости с окладом в 3000 манатов. Деньги поступают на фиктивные карты, которые хранит у себя сам Вели Велиев. Атаев и Нурбердиев их обналичивают. Большая часть отдаётся Велиеву, а меньшая уходит кадровику и финансисту за их «нелёгкий» труд.

Но вернёмся к «субботнику». Он проводится на строительстве производственного объекта на месторождении йодобромных вод в Терс акан, на возведение которого «Туркменхимия» заключила контракт с некой частной строительной фирмой — на разработку месторождения проходил даже официальный тендер. Какое же отношение к работе на объекте имеют сотрудники завода? Они бы и сами задали этот вопрос представителям застройщика, если бы хоть раз увидели их там.

По всей видимости, на этом объекте крадётся не только зарплата работникам за «субботник», но и присвоены бюджетные деньги, выделенные частной фирме на оплату строительства, то есть на основные работы. «Батраки» выполняют обязанности за всех, а Велиев за всех забирает деньги. Часть, вероятно, он отдаёт руководителю строительной фирмы-призрака, имя которого выяснить не удалось.

Конечно, люди роптали. Но ещё Велиев-отец, как теперь и сын, отвечал коротко: не нравится — пиши заявление и уходи. Сотрудники терпели — ради работы, ради семей. Попутно жаловались в профсоюзный комитет, руководству «Туркменхимии», в правоохранительные органы Балканского велаята. Их жалобы остались без внимания.

Ещё один компонент, который завершает феодальную структуру во владении Велиевых —  дехканское хозяйство «Эшретли топрак». Его создал ещё дед Вели — Реджепмырат Велиев. И это не какой-то пригородный участок для выращивания фруктов и зелени на домашний стол, а настоящий бизнес. Руководит им сам Вели, а бухгалтерию ведёт… всё тот же Аширберды Нурбердиев. Здесь он тоже оформляет отдельную схему.

На деле же — работники завода сами покупают себе на вахту мясо, муку и т.д., а Велиев перекладывает деньги из государственного кармана, которым ему доверили управлять, в свой личный.

Но и тут феодал наживается сразу несколькими способами. «Берекет» поставляет его хозяйству технику, горючее, запчасти. Сотрудники «Эшретли топрак» числятся рабочими на заводе, при этом самую тяжёлую сельхозработу выполняют наёмники — внутренние мигранты из других велаятов, которых Велиев тоже отчаянно эксплуатирует. И, наконец, в реальности продукция хозяйства идёт не вахтовикам, а намного более полезным адресатам: влиятельным людям Балканского велаята, представителям силовых структур, ревизионному отделу «Туркменхимии».

«Взятка открывает путь даже на небо, — пишут работники йодного завода. — Используя предприятие как личную собственность, Велиев и его подельники взятками закрывают рот всем, кому пытаются жаловаться его подчинённые».

Особенность коррупции в Туркменистане в том, что она существует не в каких-то отдельных региональных или отраслевых очагах, а пронизывает насквозь все официальные структуры государственного и частного управления. Профсоюзы, которые должны защищать права трудящихся; внутренние ревизионные органы предприятий; полиция и прокуратура, которые должны пресекать нарушения закона, — её же составные части. Своим молчанием и покровительством они и выделяют велиевым «феоды», на которых те устанавливают свои порядки и эксплуатируют людей, как рабов. Однако те не собираются безропотно молчать. А история показала, чем заканчивают феодалы и феодальные государства.