Одни сутки туркменистанца за границей: рабочий день начинается в 9 утра и заканчивается в 6 вечера. А потом в 23 часа наступает новая смена, которая длится до 7 утра. И так — изо дня в день, в течение трёх месяцев, без выходных, без отдыха, пока действует туристическая виза. Тысячи граждан Туркменистана выезжают на подобные «вахты» в Россию, чтобы накопить на жильё, на учёбу детям или просто заработать на жизнь, пока есть такая возможность.

«Обычная смена начинается в 8 утра и заканчивается в 8 вечера, час на обед, — рассказывает Бахтияр из Дашогузского велаята о своём опыте работы за границей. — Но наши обычно работают в две смены. Начинаешь в 9, работаешь до 6 вечера. Спишь. Потом в 10-11 вечера начинается следующая смена — до раннего утра».

Конечно, такой ритм жизни люди выбрали не из пристрастия к круглосуточному труду. Бахтияр — один из тысяч туркменских граждан, которые не смогли найти на родине достойную работу. В её поисках мужчина выехал за рубеж — в Россию, и нашёл её в Москве. Но работа эта неофициальная. Как и все его соотечественники на объекте, Бахтияр находится в стране по туристической визе, и его задача — заработать за короткий срок как можно больше денег.

«В одну смену можно заработать от 4-4,5 тысячи, край — до 6 тысяч рублей. А если трудиться в две смены, то за каждую дают 4 тысячи», — рассказывает мужчина.

За три месяца действия визы работа в две смены позволяет накопить более 700 тысяч рублей, или более 8,5 тысяч долларов. Это несколько годовых зарплат электрика на родине.

Бахтияру относительно повезло. Он работает на ремонте одного коммерческого помещения. Работодатель разрешает есть и даже спать на месте. Таким образом время не тратится впустую, в том числе на транспорт. Сон, работа, еда, сон, работа, еда. На обед тоже целый час никто не тратит — рабочие стараются быстро перекусить и после хотя бы недолго вздремнуть.

Хотя что значит «повезло»? Если произойдёт несчастный случай, что при такой нагрузке не редкость, — без официального оформления рассчитывать на социальные гарантии не приходится. С другой стороны, работника без документов могут в любой момент кинуть на деньги или выкинуть на улицу. Доказать свою правоту в подобном случае будет очень трудно.

И обман действительно происходит. Причём порой за ним стоят свои же.

«У нас почти никто не говорит по-русски. Всех привезли посредники — тоже туркмены. У них задача привести на фирму столько-то рабочих: десять, двадцать… За это они берут себе по 2 тысячи с человека за смену. То есть 4 тысячи — мне, 2 — ему. Но бывает и так, что они присваивают все деньги», — говорит Бахтияр.

По его оценкам, из общего числа туркменских мигрантов в Москве около 10% — выходцы из Марыйского велаята, ещё 10% — ашхабадцы, а почти все остальные — из северного Дашогузского велаята. Мужчины в основном работают на стройках. Женщин тоже немало, и они также состоят на двухсменной работе. Первая смена — уборка в домах или офисах, вторая — мытьё котлов в кафе и ресторанах.

О ситуации на внутреннем рынке труда в стране turkmen.news недавно рассказывал. Несмотря на то, что квалифицированные сотрудники в дефиците, всё равно в большинстве регионов руководители организаций и учреждений предпочтут сидеть без сотрудников, чем взять кого-то на работу без взятки. Впрочем, кое-где такое «преимущество», как наём за компетентность, а не за деньги, вполне действует — настолько обострилась ситуация с кадрами.

В то же время уровни зарплат и цен в Туркменистане находятся в оторванных друг от друга плоскостях. Имея на родине работу или не имея её, люди ищут разные способы заработать за границей. Накопить на жильё, учёбу детям да просто на чёрный день — это не прихоть, а реальная потребность.

Далеко не все проходят официальный путь трудоустройства: с приглашением, рабочей визой и разрешением на работу. Кто-то — по незнанию, кто-то — потому, что идти этим путём сложнее и дороже. За время «туристической вахты» можно быстро заработать внушительные суммы, но и риски с этим связаны внушительные. Шансы подорвать здоровье, оказаться за решёткой или даже на войне резко возрастают. А ставит людей перед подобными альтернативами собственное государство, где они появились на свет, выросли, сами родили детей, а теперь элементарно не могут выжить.