В Туркменистане отсутствует железнодорожное сообщение между многими населенными пунктами и областными центрами. Причем, речь в основном не о тех направлениях, где рельсы надо прокладывать с нуля, а о тех, что еще недавно благополучно функционировали.

Как сообщают источники turkmen.news, в Лебапском велаяте на сегодняшний день в расписании нет ни одного поезда из Газачака в Туркменабад, а также с линии «Келиф-Таллимарджан» до областного центра. Простаивает линия из Имамназара в Керки. В Марыйском велаяте не ходят поезда из Серхетабада в Мары, в Дашогузском велаяте — из Куняургенча и Туркменбашинского этрапа в Дашогуз. Нельзя доехать по железной дороге из Сарахса в Ашхабад, из Гызылгая и Этрека в Берекет Балканского велаята.

«Все эти линии пустуют, шпалы выветриваются, рельсы покрываются ржавчиной, — сообщил источник. — Участились случаи кражи рельсов».

Может показаться, что местные жители ностальгируют по каким-то давним советским временам. Но нет: железнодорожное сообщение поддерживалось на многих участках еще совсем недавно.

Вплоть до пандемии коронавируса функционировали направления Туркменабад-Газачак и Ашхабад-Амударья. А до начала 2000-х годов ходил поезд из Туркменабада в Келиф, маршрут которого покрывал отрезок Таллимарджан-Келиф. В XXI веке, вплоть до первых лет правления Гурбангулы Бердымухамедова, на смену пришел пригородный поезд Таллимарджан-Келиф. Поезд отменили, когда построили мост Керки-Керкичи. Вместо этого удлинили маршрут поезда Ашхабад-Керки до станции Амударья. Но это «спасло» лишь две станции, а вся остальная линия осталась без железной дороги.

Участок дороги Керки-Имамназар был построен в последние годы, незадолго до пандемии. Но составы по нему так и не пустили. В направлении Берекет-Гызылгая ни разу не ходил ни один поезд, а в направлении Берекет-Этрек до пандемии несколько лет осуществлялись рейсы дважды в неделю, но затем их тоже убрали. Из Сарахса в Ашхабад поезда ходили с 1996 года до начала 2010-х. То же самое с линией Дашогуз-Куняургенч-Туркменбаши (этрап): она была построена при Сапармурате Ниязове, при его правлении пригородный поезд короткое время ходил, а потом был отменен.

Из Серхетабада в Мары в советское время ходили два поезда: Кушка-Ашхабад и Кушка-Москва (беспересадочный вагон), а также был пригородный поезд. После распада СССР и до пандемии оставался ежедневный рейс Серхетабад-Ашхабад. Сейчас и его нет.

И, наконец, последним пригородным поездом в Туркменистане был состав Фараб-Туркменабад-Зергер. С открытием нового железнодорожного моста отменили и этот маршрут. Местные жители не могут понять, почему строительство моста привело не к открытию новых линий, а к ликвидации старой.

Сейчас, когда в стране стоит сильная жара, транспортные проблемы ощущаются особенно остро. Люди из отдаленных районов не могут с комфортом съездить в областной центр на рынок или по другим делам, не говоря уж о том, чтобы устроиться там на работу и ездить туда регулярно. Каждая такая поездка для них — сложное путешествие на автомобиле.

«Или вот как живут люди в Ходжамбазе Лебапского велаята, — рассказывает источник. — В песках при жаре под 50 градусов через обрывистые холмы и барханы они вынуждены на старых автобусах «ПАЗ» ехать в Туркменабад. Китайцы для своей компании CNPC построили железную дорогу из Фараба, а Туркменистан уже 30 лет не может связать поездами 35-километровый участок от станции Амударья до Ходжамбаза».

Стоит отметить, что в связи с пандемией COVID-19 (проникновения которой в страну власти не признали) железнодорожное сообщение между регионами Туркменистана полностью прекратилось. Добраться из региона в регион можно только на самолете, к тому же для покупки билета требуется разрешение специальной комиссии. В этих условиях обрели популярность услуги нелегальных таксистов, которые дают взятки на постах ГАИ или объезжают их по пустыне.