Жители Туркменистана всё чаще едут за границу не работать или отдыхать, а лечиться. На родине получить качественную медицинскую помощь сложно: даже у именитых врачей и за деньги люди рискуют не только остаться при своих болячках, но и заработать новые. Многие случаи заканчиваются и вовсе трагически — причём даже для пациентов с медицинским образованием. Turkmen.news собрал истории врачебного непрофессионализма в Туркменистане.

Здравоохранение — одна из самых чувствительных тем в Туркменистане, болезненная во всех смыслах. В глубинке адекватная медпомощь воспринимается как чудо. Но и в столице, в престижных медцентрах, профессионалами можно назвать далеко не всех. Люди обмениваются контактами конкретных специалистов в конкретных клиниках.

И даже такой тщательный выбор не гарантирует удачного исхода. К примеру, Алым Назаров, заведующий ортопедическим отделением Международного центра эндокринологии и хирургии. В 2021 году его от имени президента наградили памятным знаком, а в соцсетях можно найти публикации, где доктора благодарят и рекомендуют другим. Многих людей он в буквальном смысле поставил на ноги.

При этом рассказывают о Назарове и другие истории. Так, одному из пациентов доктор диагностировал воспаление коленного сустава и настоял на операции. Её провели, хотя рекомендаций по реабилитации ортопед никаких не дал. Человеку лучше не становилось, что делать — он не понимал. Пришлось обратиться к другому врачу. А тот объявил: его проблема не только не была устранена, а более того — за прошедшее время усугубилась, и её уже невозможно излечить.

Другая семья, наоборот, не могла добиться от Назарова назначения на операцию ребёнку с врождёнными проблемами. Иные методы лечения, не хирургические, не помогали — требовалась операция. В итоге родители приняли решение ехать с малышом за границу. Узнав об этом, доктор теперь уже сам стал уговаривать их остаться и провести операцию в Туркменистане. Однако, как и в первом случае, он не смог внятно объяснить родителям, какие риски их могут ожидать и как он, будучи ответственным врачом, собирается их снижать. Но вот что Назаров может хорошо, так это давить своим авторитетом и грубо разговаривать с пациентами и их родственниками.

Если ошибка ортопеда грозит человеку риском потерять способность двигаться, то цена ошибки кардиолога — это жизнь. Ещё один именитый туркменский врач, о котором ходят легенды, но иногда с приставкой «анти-», это Бахрам Кадыров — заведующий отделением рентгено-эндоваскулярной хирургии Международного центра кардиологии. Как и его коллега Назаров, он отмечен государственной наградой. За свою многолетнюю профессиональную деятельность доктор Кадыров спас немало жизней, в том числе новорождённой девочки с аномалиями сердца и сосудов.

Но есть в послужном списке врача и печальные исходы. Например, один его пожилой пациент после проведенного лечения неожиданно скончался. Его семья подчёркивает, что, когда осложнения только начались, у их родственника появились очевидные признаки почечных проблем. Однако доктор в ответ на просьбы обратить на это внимание успокаивал близких пациента, мол, дело не в почках, а в больном сердце. Тем не менее у мужчины отказали именно почки, и ближайшую ночь он уже не пережил… Доктор долго потом извинялся, видимо, чувствуя свою ответственность.

Лучший критерий качества медицины в стране — отношение к ней профессионалов, особенно когда они сами становятся пациентами. Не секрет, что вся семья Гурбангулы Бердымухамедова — стоматолога по образованию и позднее министра здравоохранения — ездит лечиться за рубеж. Это относится и к Сердару Бердымухамедову, нынешнему президенту.

Да и первый президент, Сапармурат Ниязов, доверял свое здоровье немецким врачам, а не местным эскулапам под попечительством Бердымухамедова-старшего. Правда, его это не спасло: иногда смерть невозможно предотвратить, даже обладая неограниченными ресурсами и возможностями.

Менее титулованные туркменские медики обращаются обычно к коллегам-соотечественникам. Казалось бы, последние должны проявлять цеховую солидарность и бояться опозориться в профессиональном сообществе. А чего проще собрать анамнез и расспросить пациента с медицинским образованием о наличии у него противопоказаний к тем или иным методам лечения!

В случае, о котором стало известно turkmen.news, доктору про противопоказания говорилось неоднократно: у больной была аллергия на конкретный антибиотик. Но, несмотря на это, пациентке ввели именно тот препарат, от которого предостерегали дóктора. В итоге — анафилактический шок, тромб, смерть. Профессиональная осведомлённость никак не защитила пациентку-медика от очевидной халатности её лечащего врача-коллеги.

В описанных случаях не всё так очевидно, и можно ломать копья, выясняя, точно ли виноват врач или пациент недопонял важных нюансов; произошла роковая случайность или была допущена халатность. Для конкретных семей это в любом случае трагедия.

Тревожный сигнал для системы здравоохранения страны — это то, как в ней на эти трагедии реагируют. Нередко пациенты, пытаясь более подробно рассказать врачу о своих симптомах или, наоборот, пожаловаться на его халатное отношение к себе, наталкиваются на игнорирование, равнодушие, ложь и даже получают обвинения в собственный адрес.

Так, пациенты велаятских больниц и ашхабадских клиник регулярно рассказывают о «фиктивных» операциях. Пройдя все обследования, подтвердив диагноз, они ложатся на операционный стол. Наркоз, хирургическое вмешательство, послеоперационное восстановление… И далее человек идет на КТ или МРТ, где узнаёт, что ничего на самом деле не удалено. Образование либо инородное тело, ради удаления которого всё затевалось, остались на месте.

Один из таких пациентов пострадал от «помощи» сразу двух специалистов. Стоматолог после своей работы не очистил десну от пломбировочного материала, и его кусочки мигрировали в носовую пазуху и воспалились. Пациент обратился в очередной международный центр. Потребовалась сложная и длительная операция с разрезанием кости. Но контрольный снимок показал: было удалено лишь одно из двух инородных тел. Доктор, глядя на результаты, явно растерялся, но ошибку не признал: сразу же стал объяснять, почему один из кусочков «следовало» оставить, почему про половинчатый исход операции «не стоило» сообщать пациенту…

Идти к новым врачам за исправлением ошибок их предшественников пришлось и жительнице одного из велаятов. Во время кесарева сечения в её теле забыли марлевый тампон. Женщина чувствовала боль, но местные врачи в полной мере её так и не обследовали. В столице, куда женщина приехала в поисках помощи, обнаружили абсцесс кишечника и перитонит: ещё немного — и пациентка просто могла умереть. Более того, всё это время она кормила грудью малыша, что было для него опасно. Вернувшись на малую родину, женщина пыталась жаловаться на произошедшее, но безуспешно. Её обращения оставили без ответа по существу.

Другие пациенты, столкнувшись с ошибкой или халатным отношением, тоже жалуются. А иногда и добиваются наказания недобросовестных специалистов. Однако последствия, замечают наблюдатели, настигают в основном велаятских врачей: столичные медики защищаются связями. При этом многие пострадавшие считают жалобы бесполезными и не тратят на них время и нервы. Годами выученная беспомощность в коррумпированной стране — «диагноз» очень распространённый.

Врачи, безусловно, не боги, а лечение человека — не то же самое, что отладка механизма. Но проблема в том, что в Туркменистане именно ошибки становятся нормой, а сокращать и предотвращать их никто и не помышляет.