В апреле 2024 года правительство Туркменистана в лице вице-премьеров Рашида Мередова и Баймырата Аннамамедова запросило у президента Сердара Бердымухамедова дополнительные $11,5 млн для оплаты услуг юристов и покрытия судебных издержек в арбитражном разбирательстве с беларуской компанией «Белгорхимпром». По информации источника turkmen.news, президент одобрил запрос. Таким образом, затраты Туркменистана по данному делу составили $26,5 млн.

Запрос был направлен Бердымухамедову в официальном письме от 8 апреля 2024 года — его копия имеется в распоряжении turkmen.news. Согласно документу, американская юридическая фирма Squire Patton Boggs, представляющая интересы туркменской стороны в арбитраже, обратилась с просьбой выделить $11,5 млн сверх основного гонорара и ранее согласованных доплат. Эти средства должны были покрыть возросшие судебные издержки и оплату работы юристов — расходы, «связанные с вынесением арбитражного решения, подтверждением или урегулированием арбитражного решения, арбитражными сборами и другими сопутствующими расходами».

В письме не приводятся подробности хода дела, которые могли бы прояснить необходимость очередного расширения контракта или указать срок, на который хватит новой суммы. Тем не менее, по данным источника turkmen.news, Сердар Бердымухамедов одобрил дополнительные расходы. С их учетом общая стоимость контракта между туркменской стороной и Squire Patton Boggs фактически утроилась — с $9 млн до $26,5 млн.

Туркменистан — а конкретно госконцерн «Туркменхимия» — привлёк Squire Patton Boggs к этому делу в 2018 году. Юридическая помощь потребовалась в споре с беларуской компанией «Белгорхимпром», построившей Гарлыкский горно-обогатительный комбинат для производства калийных удобрений. Предприятие было торжественно открыто в начале 2017 года, однако вскоре выяснилось, что его фактическая мощность, по данным turkmen.news, более чем в 40 раз ниже проектной. Туркменская сторона сочла, что за столь значительный разрыв отвечает беларуский подрядчик, после чего юристы Squire Patton Boggs подготовили иск и направили его в Стокгольмский арбитраж.

При этом источники turkmen.news отмечали, что Гарлыкский ГОК был полностью принят заказчиком: соответствующие акты заверены многочисленными туркменскими официальными лицами, а предписания на доработку беларуской стороне не предъявлялись. Источник, близкий к «Белгорхимпрому», сообщал, что проблемы с выходом на полную мощность могли быть вызваны нехваткой компетенций у местного персонала, при этом беларуских специалистов для передачи опыта на комбинат не допускают.

Сумма иска со стороны «Туркменхимии» основывалась на данных технического и финансового аудита, проведенного компаниями SRK Consulting и PricewaterhouseCoopers, и составила $911 млн. В ходе процесса «Белгорхимпром» выдвинул встречные требования в размере $150 миллионов — именно столько, по утверждению компании, туркменская сторона недоплатила по контракту.

Также сообщалось, что после завершения строительства заказчик фактически изъял технику исполнителя — самосвалы, бульдозеры и автокран — общей стоимостью $7 млн.

Однако впоследствии беларуское предприятие оценило свои интересы гораздо выше. Как отмечала его аудиторская компания, «Белгорхимпром» столкнулся с «существенной неопределенностью в продолжении деятельности в связи со значительными убытками, долгами, отрицательной стоимостью чистых активов и судебным разбирательством с Туркменией». В конце 2020 года компания подала к «Туркменхимии» встречный иск на сумму $418 млн.

Арбитражное разбирательство должно было состояться в феврале 2022 года, однако с тех пор ни на сайте Стокгольмского арбитража, ни на ресурсах Squire Patton Boggs или участников спора не появлялось информации о его результатах. На запросы turkmen.news летом того же года ни одна из сторон не дала комментариев по существу. При этом известно, что весной 2022 года было заключено первое дополнительное соглашение между «Туркменхимией» и Squire Patton Boggs на $6 млн. Учитывая, что в 2024 году потребовались ещё $11,5 млн, можно сделать вывод, что в 2022 году окончательного решения принято не было.

Появилось ли арбитражное решение в 2024 году, на какой стадии процесс находится сейчас и увеличивался ли гонорар юристам вновь — неизвестно. На странице Гарлыкского ГОК на сайте «Туркменхимии» сотрудничество с беларуской стороной по-прежнему упоминается в позитивном ключе — без каких-либо намёков на конфликт.

Squire Patton Boggs — одна из крупнейших юридических фирм мира, широко известная работой в сфере международного арбитража, а также в новейших областях делового права, связанного с интернет-технологиями. В последние годы Туркменистан привлекает Squire Patton Boggs практически во всех спорах с зарубежными контрагентами. В частности, американские юристы помогли стране защититься от всех претензий российской телекоммуникационной компании МТС в Апелляционном суде Швеции. Они же представляют интересы Туркменистана по иску в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров, поданному дочерней компанией британской Buried Hill.

При этом Туркменистан нередко становится ответчиком в подобных спорах из-за неисполнения контрактных обязательств, хотя многие конфликты так и не доходят до суда. Так, российский Карачаровский механический завод, которому после Азиады-2017 туркменские компании задолжали почти полмиллиона долларов, пытался взыскать долг через хякимлик Ашхабада, однако в 2022 году обанкротился. Турецкая строительная компания Polimeks, участвовавшая в строительстве нового аэропорта Ашхабада и других объектов к Азиаде, а также начавшая работы по возведению автобана, также не смогла взыскать задолженность в размере $800 млн и в итоге покинула туркменский рынок.