Злак не растет в тени тюрьмы. История о том, как международный университет стал обычным туркменским вузом

Международный университет гуманитарных наук и развития (МУГНиР) в Ашхабаде в начале своего существования считался самым либеральным вузом страны с западной системой образования и при этом с элементами туркменского колорита в виде принудительного участия студентов в разного рода мероприятиях. Именно так о нем отзываются и выпускники, и преподаватели. В первые годы работы университета темы лекций и семинаров вызывали порой у студентов шок и замешательство. Ну, судите сами: на лекциях по международным отношениям преподаватели рассказывали о различных системах государственного правления, а в качестве примера авторитаризма приводили… Туркменистан. Со студентами гуманитарных наук обсуждали тему — внимание! — гендерного равенства и проблем лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров. И это в стране, где о правах и свободах можно рассуждать только в очень узком круге, а за секс между мужчинами существует уголовное наказание.

Несмотря на платное образование, а год обучения в вузе стоит 6800 манатов (около $370), МУГНиР за свои, в том числе, либеральные подходы, быстро обрел популярность среди туркменской молодежи и особенно в среде политической элиты. Так в данный момент университет заканчивают дочери двух замминистра иностранных дел Туркменистана – Вепа Хаджиева и Бердынияза Мятиева, в нем обучались внучки туркменского поэта Гурбанназара Эзизова, а двое его родственников работают там на высоких должностях.

В. Хаджиев и Б. Мятиев

Однако в условиях Туркменистана подобная свобода выражений и студенческая вседозволенность (раз в неделю разрешалось даже ходить без формы!) долго продолжаться просто не могли. Спустя год-полтора после открытия вуза и без того считанных иностранных преподавателей вежливо попросили покинуть университет, а своих, обучавшихся на Западе, пропустили через мелкое сито: всех с чрезмерно либеральными взглядами и подходами попросту разогнали. Сегодня гуманитарные науки вместо иностранцев преподают выпускники исторического факультета Туркменского государственного университета, а проректором по академическим вопросам является 26-летний Нурмухаммет Шихлиев – выпускник того же ТГУ, сын бывшего советника посла Туркменистана в Анкаре, а ныне главного специалиста Внешэкономбанка по работе с Visa-картами.

Вуз уже совсем не тот, каким его изначально задумывали и каким он недолгое время был, говорят источники. Корреспондент turkmen.news Селим Хакнепесов побеседовал с выпускниками и нынешними студентами о недавнем славном, но коротком прошлом вуза, о том, как проходило обучение тогда и сейчас, о нынешних проблемах и о том, в каких сферах молодые специалисты впоследствии смогли найти применение своим знаниям. Предлагаем вашему вниманию его материал.


Международный университет гуманитарных наук и развития был торжественно открыт в 2014 году, приняв самый первый набор из 280 студентов. Обучение на английском языке по западной (кредитной) системе оценок, иностранные преподаватели, а у местных педагогов в наличии, как минимум, магистерская степень в вузах США или Европы – все это казалось чем-то невероятным, особенно на фоне закрытия в 2012 году филиала РГУ нефти и газа им. Губкина в Ашхабаде, просуществовавшего всего 4 года, и начавшихся нелучших времен для Международного туркмено-турецкого университета – еще недавно престижного высшего учебного заведения с сильным профессорско-преподавательским составом, который потихоньку начали душить.

Костяк первых студентов нового вуза – это молодые люди, имевшие академический опыт за границей по обменным программам, а также те, кто отлично владел английским языком, поработав в международных организациях и дипломатических миссиях. Собеседники turkmen.news вспоминают первые годы учебы в вузе с огромной ностальгией.

Помимо нового здания, удобного и оснащенного всем необходимым студенческого городка, сама аура вуза мысленно уносила многих студентов куда-то за границу, в мир критического мышления и исследований, в технологический прогресс, полет фантазий и споров на ту или иную тему

А темы были самые разные и острые: от политического устройства государств мира и различных моделей экономического развития до равноправия полов и прав ЛГБТ. При этом преподаватели не стеснялись причислять Туркменистан к мировым авторитарным режимам, проводить параллели между коррупцией и злоупотреблением властью, с одной стороны, и государственным контролем за всеми аспектами жизни общества, с другой. После подобных лекций и семинаров студенты пребывали в шоке от таких заявлений и взаимосвязей, некоторые даже тихонько возмущались, однако лекторов слушали, затаив дыхание, абсолютно все.

Властям такие вольности, мягко говоря, были не очень по нраву.

Академическая свобода, критическое мышление и празднование Хеллоуина в кампусе, извините, в центре Ашхабада, в пешей доступности до центрального аппарата Министерства национальной безопасности Туркменистана…

Со студентами гуманитарных наук сотрудники МНБ проводили регулярные беседы, им особенно не нравились лекции на тему секса, причем, не просто секса, а «аморального, в чуждых туркменам извращенных формах соития». У ребят наводили справки о конкретных преподавателях (имена последних известны turkmen.news), в частности, о том, имеются ли с их стороны попытки распространять идеи равноправия для представителей ЛГБТ. Беседы проводились в деканатах. Бывшие студенты уверены, что у органов были свои информаторы из числа слушателей, как раз из тех, кому резал слух любой разговор относительно гендерной идентичности.

В итоге иностранных преподавателей вскоре заменили на своих, а студентов МУГНиР все чаще стали посылать на обязательные для студентов других вузов государственные мероприятия – чаре. Открывают новую автобусную остановку – на чаре, объявлена озеленительная кампания – берите лопаты и вперед. И таких мероприятий в году были десятки, а то и сотни. Американец Алан Дейонг (Alan Deyoung) из Университета Кентукки проработал в МУГНиР всего около трех месяцев. Говорили, что причиной расторжения контракта с ним стали свидания со студентками вуза, а также якобы сбор какой-то информации. Так ли оно было на самом деле или нет – знает лишь узкий круг лиц, но спецслужбы своего добились – неугодный преподаватель уехал.

Алан Дейонг со студентами. Фото со страницы педагога на фейсбуке

Год проработала Юко Согаме (Yuko Sogame) – преподаватель японского языка. Говорили, что после какого-то фуршета в отеле «Огузкент» женщина немного перебрала с алкоголем и уснула на автобусной остановке, а когда к ней подошел патруль, она подумала, что ее хотят изнасиловать и начала кричать и драться. Опять-таки подобная информация гуляла в вузе с чьей-то подачи извне. Одной из последних покинула страну выпускница Кембриджского университета профессор Диана Кудайбергенова, она проработала в МУГНиР около 2,5 лет.

Сегодня иностранных преподавателей в Международном университете гуманитарных наук и развития не осталось совсем, даже английский язык на подготовительном отделении преподают наши туркмены. Справедливости ради следует отметить, что сильные и инициативные преподаватели были и среди местных педагогов. На факультете информационных технологий, например, ими была создана образовательная программа RoboRAVE по робототехнике для обучения студентов проектированию, созданию, программированию и тестированию роботов для выполнения различных задач. Но многие из вуза ушли сами – кого-то достало давление со всех сторон, другие были откровенно огорчены неиспользуемым потенциалом университета, который поначалу представлялся иным.

Свой чужой вуз

Несмотря на то, что МУГНиР является государственным образовательным учреждением, а его выпускникам министерство выдает диплом о высшем образовании, этот вуз никогда не был своим для властей. С момента его создания и по сей день студенты и выпускники чувствуют себя чужаками, обделенными вниманием. А чем иначе объяснить тот факт, что именно его выпускникам после завершения учебы необходимо два года проходить отработку, причем каждому — у себя в велаяте? Да, считается, что вуз следует западной модели образования, и в рамках этой модели практику (internship) студенты обычно проходят во время учебы. Но вот дополнительные два года после окончания вуза – это пустая трата времени, считают студенты. Но ни их аргументы, ни жалобы в минобразования результата не приносят. Причем, пройти практику можно хоть где: в госучреждении или на частном предприятии, за исключением международных фирм и организаций. Нельзя этого сделать где-нибудь в зарубежной стране, как нельзя выезжать за границу во время учебы, впрочем, для некоторых студентов подобные ограничения остаются лишь на бумаге.

Например, для Айлар Хаджиевой – студентки последнего курса факультета международного права и дочери первого замминистра иностранных дел Вепа Хаджиева. Свою практику она проходила в Лондоне, в частной юридической компании. В столицу Великобритании Айлар вылетала и во время учебы, причем неоднократно. Хотя запреты и ограничения, накладываемые вузом на студентов, абсурдны сами по себе, но то пренебрежение, которое демонстрируют Айлар и ее отец-чиновник к существующим правилам вуза, характеризует отношение будущего юриста к Закону вообще. Для таких, как Айлар Хаджиева, закон, получается, не писан.

Айлар Хаджиева — дочь первого замминистра иностранных дел Туркменистана

Руководству вуза в лице его ректора Эсена Айдогдыева – самого лучшего, по характеристике Википедии, дипломата в Туркмении (щелчок по лбу и В. Хаджиеву, и Б. Мятиеву, и главе МИД Рашиду Мередову), — проблемы со статусом учебного заведения в системе минобразования Туркменистана, а также снижением качества учебы после ухода иностранных преподавателей, похоже, небезразличны. Несмотря на попытки ректора внедрить новые программы и проекты для студентов, дабы сделать процесс учебы отличным от других вузов страны, желаемого результата это, увы, не приносит, и международный университет, подававший хорошие надежды в самом начале своего существования, встал сегодня в один ряд с остальными высшими учебными заведениями страны. С теми, где ценятся не академические успехи и способность мыслить критически, а послушание и исполнительность, активное участие в мероприятиях и бдительность в отношении своих же однокурсников.

Что касается выпускников нового вуза, то абсолютное большинство молодых юристов, экономистов и дипломатов не смогли найти себе работу по специальности. И здесь они оказались чужими и ненужными. Многие из них, благодаря отличному знанию английского и других языков, компьютера, работают обычными учителями в средних школах или языковых центрах, обучают детей и взрослых. О том, смогли ли найти себя по специальности выпускники-социологи или философы, думается, даже говорить излишне.

«Злак не растет в тени тюрьмы», — писал еще великий Махтумкули. Так случилось и с изначально хорошей идеей Гурбангулы Бердымухамедова открыть в стране современный международный университет, который бы готовил так необходимых Туркменистану высококвалифицированных специалистов в соответствии с мировыми стандартами высшего образования, с привлечением иностранных преподавателей. Но как не вырастет правильное семя в неподходящей почве, так и не суждено было учебному заведению подобного масштаба прижиться в условиях Туркменистана. Изначально наивно было ожидать, что западная модель образования сможет работать там, где нет гражданских и политических свобод, отсутствует свобода прессы и слова, а в рейтингах по правам человека страна стабильно занимает последние места.

Обновление: После публикации материала кто-то спешно отредактировал страницу Википедии и убрал характеристику о Эсене Айдогдыеве как о «самом лучшем дипломате в Туркмении».

ПОДЕЛИСЬ ЭТОЙ СТАТЬЕЙ

6 комментариев

  1. Аноним

    Для бердымухамедова и других старперов (храмов и жадан), прогрессивная молодежь с критическим мышлением представляют угрозу для их преступного режима. Поэтому им нужно, чтобы система образования выращивала тупое и послушное стадо баранов, которое будет ходить на чяре, хлопать в ладошки и кричать «аркадага шохрат».

    Ответить
    • Мать студента

      А на фига тогда они вообще этот универ открывали?! Опять замазывали глаза международной обчественности?

      Ответить
  2. Курбанов пилот

    Про вуз написано в целом правильно
    Но эти все проподаватели ( за ними следили) продержались не долго
    Плюс. в бюджете нет денег чтобы их содержать и платить нормальные зарплаты
    Мин образование и свернуло эту идею
    А Бердымухамедов забыл про этот вуз
    все проекты в Туркмении примерно так и заканчивают
    Внутри страны нет стимула и рычагов поощрения граждан

    Ответить
  3. ха-ха-ха

    Вепашкина дочка и сдавала преподов и своих сокурсников же. Кто не знает Вепашка бывший выпускник спец факультета ВИ МОТ. И карьеру начинал в КНБ. Вот и сдавала дочка своих подельникам папашки. А, вообще семейка Хаджиевых это еще то гадюшник. И о каком щелчке по лбу Хаджиеву идет речь, был бы он вообще дипломатом я бы может еще и согласился, а так это просто нулевой человек, который умудрился в даже в ООН обосраться орав матом в включенный микрофон, а вы говорите дипломат. Не сравнивайте не сравниваемых людей. Ну, а как Вепашка подкупал судей это отдельная история.

    Ответить
  4. Мидовец

    Вепа Хаджиев по прозвищу «суперайпад, тупой как валенок Бердыныяз Матиев и дипломатия никак не совместимы. Они обычные холуи диктатора-дьявола, не забывающие своих отпрысков устроить в жизни.

    Ответить
  5. Zuckerberg

    Ваша статья очень интересная, можно даже сказать актуальная для студентов современников. Но когда в последние 30 лет в Туркменистане история современности да и ее прошлого переписывается ежегодно из или по прихоти очередного диктатора, то в ней не остаются некоторые положительные моменты прошлого, которые все же имеют место быть. Подобная открытая среда, описываемая вами в данном ВУЗе, существовала в 90-е годы в ТГУ на Юридическом факультете и факультете Международных отношений, которые в последствии были объедены. Такая же открытость была и во всем ВУЗе в целом. В ТГУ 90-е годы существовала полная демократия в отношения высказываний как внутренней, так и внешней политики страны и даже тогда, когда Сапармурада Ниязова, которого за стенами и воротами Университета во всю уже называли Туркменбаши, а проспект Ленина, на котором и располагается Университет уже переименовали в Туркменбаши шаелы, то для студентов он оставался диктатором и его так и называли на лекциях и именовали в конспектах. В ТГУ тоже было много иностранных преподавателей и порой приезжали именитые лекторы. Были и иностранные студенты, в общем все мало отличало ТГУ 90-х годов от его аналогов в других странах на постсоветском пространстве. В конце 90-х и начале 2000-х все начало меняться и в нем, вводя такие предметы как Политика нейтрального Туркменистана Сапармурада Ниязова, которую кстати тогда начал преподавать старый извращенец Онджик Мусаев, который был крайне неравнодушен к студенткам, а потом начали вводить обязательную клятву в начале каждого дня на первом уроке. Окончательный крест на развитии свободной среды поставил тупой и безграмотный человек, к сожалению, географ по специальности Дурдыев Сапар Какышевич, который сменил тогда Оразова Мереда Байрамовича. Тут была о нем статья, о которой я говорить и обсуждать не особо хочу, бог ему судья если все это правда, но тогда он не мало сделал для ТГУ. Люди, которые окончили этот ВУЗ в 90-е создали особый кластер в экономической и политической жизни Туркменистана и по сей день остаются одними из самых, образованных, свободно мыслящих и рассудительных.
    В отношении Бердынияза Мятыева я ничего сказать не могу, так как человека этого не знаю, но со стороны он конечно далекий от дипломатии не профессионал и даже в какой то мере не особо интеллектуально подходит для этой роли, а вот с Вепа Хаджиев, этот крайне не приятный человек, типичный функционер из среды силовиков, подлый карьерист да и вообще мразота еще та. На дипломата он вообще не тянет так как вести себя он не может на публике и пытается показать, что даже за пределами станы он некий лидер на политическом небосклоне дипломатического мира Туркменистана. В МИДе большинство сотрудников даже какое-то время в серьез рассматривали его поведение как посыл Рашиду Мередову о созревшем приемнике, и даже начали муссировать слухи о том, что Р. Мередов не может занимать столь высокий пост в стране и даже представлять ее на международной арене так как он даже не чистый туркмен. И что в принципе правда если подходить к рассмотрению его личности с точки зрения расизма и шовинизма. Но вот в среде иностранных дипломатов, в том числе аккредитованных в Туркменистане, к сожалению, у В. Хаджиева репутация, мягко говоря, никакая, и в шутку называют его алабайчиком, каковым он и является. Что касается проживания и обучения детей за границей, то это не справедливо, если дети всех государственных чиновников должны жить и учится в Туркменистане то, чем лучше остальных Айлар Хаджиева? Умом судя по ее профилю в соцсетях она особо не блещет, да в принципе ей и не от кого его унаследовать.

    Ответить

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.

Читайте также

Яндекс.Метрика